Со времени образования арабской державы на восточной границе была постоянная опасность. Чтобы предупреждать набеги мусульман, наискось по полуострову Малой Азии была устроена цепь сторожевых башен на высотах, кончавшаяся большим маяком у константинопольского дворца: посредством огней, зажигавшихся наверху башен, весть о замеченном на границе движении врага в несколько часов добегала до столицы.

Тяжелое военное положение отразилось на нравах и просвещении. Седьмой век по P. X. (600—700 гг.) и в Византии (так же, как на Западе) был временем самого глубокого падения образованности. Христианские верования смешались с языческими поверьями, обычаями и праздниками, которые продолжали жить в народе. Случались человеческие жертвоприношения.

При осаде арабами Пергама заключенные в городе, по совету одного колдуна, схватили женщину с новорожденным ребенком, рассекли их на куски и бросили в кипящий котел; солдаты окунули в котел свои перчатки в уверенности, что их оружие будет заколдовано силой этого ужасного обряда. В страхе люди искали сверхъестественной защиты, впадали в различные суеверия. Изображениям Христа и святых, иконам и статуям кланялись, как идолам; в руки статуй вкладывали св. дары и принимали от них потом причащение; или соскабливали краску на образе и глотали в виде волшебного средства вместе с причащением.

С необыкновенной силой развилось в это время общего отчаяния монашество. Богатый человек готовил заранее могилу и выстраивал около нее монастырь, чтобы обеспечить себе навек заупокойные молитвы. Бедные крестьяне складывались по нескольку человек вместе и основывали монашескую общину. В местностях, которые считались особенно святыми, монастыри лепились друг к другу и составляли большие сплошные поселения. Таковы были склоны гор Иды и Олимпа в Малой Азии, Афона — на полуострове Халкидском.

Монахи имели большую силу в народе: многие верили, что молитва монаха спасет полтораста человек, осужденных на вечную погибель. Без конца росли вклады в монастыри, увеличивались их обширные и часто роскошные постройки; множество людей уходило от повинностей под их покровительство. Монастыри отвлекали большую часть населения от военной службы; делая вклады в обители, богатые люди укрывали от казны свои капиталы. Поэтому цари в VIII в. вступили в борьбу с монашеством. Эта борьба соединилась со спором об иконах.